Nov. 29, 2014
13:25

Скирлы-скирлы, липовая нога

Мой дед был замечательным географом — эта наука была его призванием. Призванием человека, который не путешествовал с рюкзаком по миру, как сейчас это модно, не дождался изобретения скайпа, чтобы поговорить с далекими родственниками в живую, не охотившийся на диких мустангов и полосатых тигров в прериях.

Родившийся в селе и ушедший совсем юным в армию (раньше служили не год, ни два, а целых семь лет), он прошел и всю войну, но вернулся домой живым и невредимым. Девки по нему с ума сходили: высокий, статный, видный парень, который еще и счастливчиком оказался: ни пуля его, дура, не взяла, ни штык, который молодец.

Многие барышни в деревне хотели за него замуж, но только достался он моей бабушке, которая была воспитана, начитана, умна и хороша собой. Не красавица, но очень милая девица. Наверное, ей это льстило — что из всей большой деревни он выбрал именно ее, но было за что: она прожила с ним всю разгульную молодость, оседлую зрелость и нежную старость, родив ему троих детей — моего отца и двух старших дочерей.

Не знаю, полюбила ли она его с первого взгляда, но вот очаровать ее, я думаю, дед смог. У него был природный дар: он мог разговорить кого угодно, а заинтересовать, так и подавно. Профессия географа в этом помогала и из этого же обстоятельства вытекала: я искренне считаю, что историю и географию должны преподавать одаренные, одухотворенные и прирожденные люди-путешественники, которые и медведя в живую видели, и по горам шастали, и сотни километров прошли — кровавых и пыльных дорог. Тогда их рассказы дети будут слушать, открыв рты, запоминая и улавливая каждое слово.

Я хорошо помню деда: его непослушные седые кудри, которые он закручивал на лоб, сильные и большие руки, пронзительные глаза с хитринкой в каждом, его каверзные шутки и долгие, интересные и захватывающие истории, которые он рассказывал мне перед сном. Я ложилась в его скрипучую кровать, он садился рядом, и тут начиналась сказка...

Если бы я знала сейчас о том, что деда не станет, то тогда бы слушала не только с интересом, но и старалась побольше запомнить — из того, что дед мне рассказывал. Но у ребенка то в одно ухо влетает, а из другого уже коромыслом летит. Потому кладезь былин и историй, которую носил в своей голове дед, была безнадежно утрачена: ни его дочери, ни отец не обладают таким даром рассказчиков, чтобы ты, слушая их, забывал и о чувстве голода, и о времени, и о сне.

Дед еще не сразу соглашался рассказать мне сказу. Как сейчас помню: все ходит по комнате, ссылается на дела какие-то, работу, усталость, но я уже по глазам вижу, что скоро сдастся, уведет меня к себе в комнату и начнет выпытывать, что я от него услышать хочу. Он ведь все уже мне поведал, новых сказок не знает — а разве мне они нужны? Я на старое согласно, проверенное, от которого мурашки по коже или кровь бурлит в жилах.

Скирлы-скирлы: я знаю, что вы сделали прошлым летом!

Есть одна такая сказка, как я узнала потом — русская народная или коми-пермяцкая— которую дед часто рассказывал, хотя я и знала ее уже наизусть. Что-то было мистическое в ней, волшебное, страшное и одновременно прекрасное, а может дед просто в эти моменты проживал эту историю, входил в роль, отрывался от реальности и вместе со мной уносился к облакам, лесам, полям и далям, которые всегда его манили?

Сказка вот какая.

«Жили-были дед да баба. Еда у них закончилась, мяса нет, хлеба мало. Вот дед и говорит:

Ну-ка, баба, я схожу в лес, может, что-нибудь найду.

Встал, оделся, обулся, взял топор и пошёл в лес, а баба дома осталась. Дед ходил, ходил. Смотрит, под ёлкой медведь лежит. Подошёл к медведю, посмотрел, видит:

медведь спит. Взял дед топор да как по лапе ударит! Лапу отрубил, топор обратно засуну, лапу на плечо и домой пошёл. Домой пришёл, шкуру снял, мясо бабе дал:

Возьми и свари, сегодня досыта наедимся.

Ну, досыта, так досыта, — баба говорит.

Я сейчас печь затоплю, чугунок поставлю.

Медведь проснулся, а лапы нет. Смотрел, смотрел, увидел липу. Сломал липу, сделал липовую ногу. Берёзу сломал, сделал клюку и пошёл в деревню. А старик бабе говорит:

Я пойду в лес, а ты дверь запри. Может, медведь придёт лапу искать.

Старик ушёл. Старуха за ним дверь заперла. Старуха шерсть выстригла с медвежьей шкуры, села за прялку и прядёт, сама песенку поёт. Сидит на медвежьей шкуре, медвежье мясо варит, а медведь идёт и поёт:

Скирлы-скирлы,

На липовой ноге,

На берёзовой клюке.

Вся деревня спит,

Одна баба не спит,

На моей шкуре сидит,

Моё мясо варит,

Мою шерсть прядёт.

Бабусень, бабусень,

Я тебя съем!»

В эти моменты мне становилось так жутко, как будто именно в нашу дверь тот медведь на липовой ноге стучит. Умом то я понимала, что мяса медвежьего ни разу не ела, лапу не рубила, но кто его знает — может, дед про себя и бабушку рассказывает? Жили же они в деревне, может и история такая была на самом деле? Может это он ногу медведю в темном лесу отрубил?

А дед, ухмыляясь и еще сильнее нахмуривая свои густые седые брови, продолжал рассказывать мне о скрипучем страшном медведе, который каждый день ходил к дому бабы и стучал в ее деревянную дверь. Скирлы-скирлы...

Я помню, что тогда лежала на кровати, вжимаясь с головой под одеяло, и думала: «Почему именно «скирлы»? Это какое-то волшебное медвежье слово, сродни «Сим-сим, откройся?». Если так, то что будет, если дверь распахнется сама, пока дед там где-то по лесу бродит?». Страшное слово это было — скирлы, скрипучее, жуткое, безысходное.

Дед смотрел на меня, еле сдерживая хохот, и снова рассказывал. А говорил он, что дважды так стучался медведь в дом к старухе, но безуспешно. И вот, когда пришел он из леса в третий раз и завел свое кошмарное «Скирлы-скирлы, на липовой ноге, на берёзовой клюке...», увидел, что дверь не заперта — дура баба, дура, как она могла позабыть засов накинуть, коли медведь тут рядом ходит, ее мясо хочет?

Да и что это за деревня то такая! Никто на помощь к бабке не придет — все ведь спят по селам и деревням, никто не слышит ее вопли о помощи! Выбросила бы она и эту лапу медвежью, и шерсть его пахучую за порог и подальше — может быть медведь и перестал бы к ней в дом ходить?

Но поздно уже — дверь открывается, петли скрипят, скрипит и медвежья липовая нога. Скирлы-скирлы...

«Старуха кричит:

Ой, ой! Забыла закрыть дверь! Сейчас меня медведь съест!

Медведь съел старуху, кости в платочек завязал и на лавочку положил. Вышел и в лес ушёл. Тут старик вернулся.

Почему меня сегодня старуха не встречает? Не слышно её. И дверь открыта. Что же это такое?

Зашёл старик в избу, а старухи нет. Видит: прялка, а на скамейке узелочек лежит. Развязал старик узелок, а там только косточки старухи. Заплакал старик горько. Остался он один. И сейчас, наверно, плачет. Наверно, старуху до сих пор ищет».

Странно, но после того, как я еле живая, просила деда рассказать что-нибудь веселое, он не сразу исполнял мою просьбу. Мол, я должна была мораль из этой басни усвоить, а какую? Что нельзя на медведя с топором ходить? Что не стоит так аморально и беспринципно потом из его шерсти пряжу делать? Что старик совсем не заботится о своей старухе, и несмотря на ее опасения, уходит подальше от дома? Что медведи — большие и страшные, и что они сами умеют себе липовые ноги делать?

Это спустя годы я поняла, что сказка оставалась сказкой, а удивительное «скирлы» просто очень сильно напоминало скрип, который издает костыль. Но зато я узнала и о существовании оборотней, которые из волков превращаются в людей, а потом обратно. Почему же медведи не могут быть кем-то кровососущем укушены? Может и тот, дедовский мишка тоже оборотнем был, потому и лапу себе липовую смог сделать, и костыль из березы.

Эх, деда, ты сейчас бы меня от этих странных фантазий отгородил — рассказал бы продолжение истории, от страхов освободил, от тоски по тебе. Ведь и по сей день несмотря на то, что мне уже почти 30 лет, я все так же боюсь этого страшного медведя, шастающего по лесу на протезе из липы. Особенно, когда сделаю что-нибудь очень нехорошее, совестливое, обманное — сделаю, а потом лежу в темной комнате и думаю про себя, прислушиваюсь: не слышно ли где-то вдалеке этого жуткого «скирлы-скирлы»?

Тетушкино богатство

Моя родная тетя, сестра отца и дочь моего любимого деда, всю жизнь проработала воспитательницей в детском саду. Я тоже ходила потом в «Золотую рыбку», да только очень редко, по причине постоянной болезни. Зато я любила читать, а книг в доме тетушки было полно — как раз для детей, чтобы занять меня на целый день. Дал книжку в руки, ушел на три часа — приходишь, а я в той же позе на полу с ней сижу, читаю.

Худшим наказанием было, если тетя за что-то на меня злилась и не разрешала в книжный шкаф нырять. Например, в прошлый раз я не слишком аккуратно журналы сложила или странички помяла — все, попала в опалу на несколько дней. И как же было прекрасно, когда запрет снимали — я бросалась к книгам, как будто голодная, будто сидящая на дозе «книгоиновой», будто книгами, вместо воздуха дышащая.

Как сейчас помню, нравилась мне одна особенно: это были страшилки разных народов мира, подобранные с таким вкусом и перцем, что чтения трех историй в день меня вводило в страшный ступор. Я все боялась, что сейчас из печки мертвец вылезет, а колдун с большой бородой из под кровати станет ко мне руки свои синие тянуть. Именно потому среди своих сверстников я считалась уникальным рассказчиком, умеющим навести жути своими былями. Да так, что девчонки визжали, а парки икали от ужаса.

Именно там я нашла еще одну историю, которую, если не ошибаюсь, рассказывали мне или деда, или баба. Взяла ее в оригинале в Интернете.

«В стародавние годы жили-были в одной деревне два молодых парня; жили они дружно, вместе по беседам ходили, друг друга за родного брата почитали. Сделали они между собой такой уговор: кто из них станет вперед жениться, тому звать своего товарища на свадьбу; жив ли он будет, помрет ли — все равно. Через год после того заболел один молодец и помер; а спустя несколько месяцев задумал его товарищ жениться. Собрался со всем сродством своим и поехал за невестою. Случилось им ехать мимо кладбища; вспомнил жених своего приятеля, вспомнил старый уговор и велел остановить лошадей. «Я, — говорит, — пойду к своему товарищу на могилу, попрошу его к себе на свадьбу погулять; он был мне верный друг!»

Пошел на могилу и стал звать: «Любезный товарищ! Прошу тебя на свадьбу ко мне» . Вдруг могила растворилась, покойник встал и вымолвил: «Спасибо тебе, брат, что исполнил свое обещание! На радостях взойди ко мне; выпьем с тобой по стакану сладкого вина»

«Зашел бы, да поезд стоит, народ дожидается».

Покойник отвечает: «Эх, брат, стакан ведь недолго выпить». Жених спустился в могилу; покойник налил ему чашу вина, он выпил — и прошло целое сто лет. «Пей, милый, еще чашу!» Выпил другую — прошло двести лет. «Ну, дружище, выпей и третью да ступай с богом, играй свою свадьбу!». Выпил третью чашу — прошло триста лет.

Покойник простился с своим товарищем; гроб закрылся, могила заровнялась. Жених смотрит: где было кладбище, там стала пустошь; нет ни дороги, ни лошадей, везде поросла крапива да высокая трава. Побежал в деревню — и деревня уж не та; дома иные, люди все незнакомые. Пошел к священнику — и священник не тот; рассказал ему, как и что было. Священник начал по книгам справляться и нашел, что триста лет тому назад был такой случай: в день свадьбы отправился жених на кладбище и пропал, а невеста его вышла потом замуж за другого».

Извините, что целиком историю написала, просто она недолгая, а если на ремарки перебиваться, не так интересно будет. Вы слышали о ней? Я сейчас в Интернете искала и только по одной ссылке страшилку нашла. Видимо, не помнит народ всего русского-народного творчества, но, может, это просто и не сказка была? Мало ли что в деревнях раньше происходило? Бабушка моя еще и не то мне рассказывала, хотя и не особо в эти вещи верила.

Но тут даже не в том дело, насколько жуткой была сказка - почему же друг так со своим товарищем поступил? Свадьбу его расстроил, столько людей несчастными сделал? Или не брат уже этого его был, а просто бес, на него похожий? Думаю и вспоминаю деда и бабу, которые привили мне любовь к книгам, рассказам литературе, умению находить в общем частное, сочинять свои истории и зарабатывать на этом деньги.

Почему я сейчас об этом думаю? Сегодня ночью мне приснился деда, который выглядел грустным. Он стоял у своей кровати и просил у меня денег на массаж. Я еще подумала, что это поможет ему ногу размять — он ведь перед смертью упал и сломал бедро, которое так и не зажило до его отхода в иной мир.

Я даже подумала, что дам деду денег, якобы у меня была свободная сто долларовая купюра, и вдруг проснулась. Наверное, именно поэтому сейчас пишу о нем и вспоминаю с тоской и грустью. Деда, я до сих пор тебя люблю, надеюсь, эти мои заметки хоть немного, но разогреют твою усталую душу, что ты наконец-то найдешь там покой. Поймешь, что если бы могла, отогнала бы от тебя и медведей, которые тебе клюку под ногу подсунули — из-за нее ведь ты тогда упал? Я бы защитила тебя и каждый день говорила, что люблю. И смогла бы наконец-то выпросить прощения за свою леность и равнодушие, проявленное тогда к тебе.

Скирлы-скирлы, деда, я все помню.

Автор: Ольга Урбан (2302.2) 4574 0
Добавить в избранное
Подружиться с автором
Комментарии (8) Написать комментарий
  • Некс(163.8) Nov. 29, 2014, 16:43 # 1
    Вот так прочтешь сказку в детстве и на всю жизнь психологическую травму получишь. Не понимаю я таких сказок. Взять того же Катигорошка, который отрезал кусок ноги, чтобы покормить птицу. В детстве это не так воспринималось, кстати, ну отрезал так отрезал, а сейчас - подумать страшно Зачем?
    • Ольга Урбан(2302.2) Nov. 29, 2014, 16:55 # 1
      Тут важно, с кем история связана. Мне она дорога, другой я не хочу. О деде мне еще напоминает деревянная статуэтка медведя, который держит в руках бочку меда. Нога у него не липовая, и я точно знаю - это дедов медведь.
      • Некс(163.8) Nov. 29, 2014, 17:03 # 1
        Да, в этом случае важно. Статуэтку медведя как в живую представила, впечатлилась.
  • Марина(1815.8) Nov. 29, 2014, 19:18 # 1
    Дедушку твоего увидела, как живого, с хитринкой в каждом глазу. Вот от кого ты свой дар расказчика получила! И сказку эту со свадьбой я помню, она меня тоже поразила. Но странно так: я позавидовала этому путешественнику во времени поневоле. Сказки не на всех действуют одинаково. Разве это страшно? Заставляет задуматься это да. А скирлы-скирлы жутковато, чт-то норвежское прям, ярлы-скирлы
    • Ольга Урбан(2302.2) Nov. 29, 2014, 19:24 # 0
      Деда мой тебя бы заговорил так, что ты и Инго своего забыла В смысле, что ему надо завтрак готовить и рубашки стирать. Он не болтун был, а рассказчик, но удивительный.
  • Марина(1815.8) Nov. 29, 2014, 21:20 # 1
    Нет, Инго для меня все: любовник, друг и ребенок. Даже папа немножко. А вот дедушки у меня никогда не было, ни одного. Вот я и примазалась к твоим воспоминаниям Очень понравился мне твой деда.
    • Ольга Урбан(2302.2) Nov. 29, 2014, 21:25 # 1
      Я не против даже очень, примазывайся. Будем считать, что он и тебе эту сказку рассказывал)

Похожие посты


June 29, 2015
21:14
Битый небитого везет: если друг оказался вдруг

Буквально год назад, когда мы только начинали писать о своих восхитительных личностях, семейных проблемах, заботах и радостях, когда мы только-только начинали находить общий язык, я писала вам заметку о дружбе с бывшим и даже приводила сотни фактов и примеров, почему она такая у меня существует.

О том, что несмотря на все обиды в прошлом сегодня большинство негатива забылось и этот человек воспринимается теперь мной, как простой добрый приятель. Что мы можем вот так запросто поговорить с ним на любые темы ...

Читать далее
2154 0 16
April 2, 2014
00:56
Финал приютской истории. Окончание. Мой проект и прощание

Так уж получилось, что мой проект стал финалом не только моей учебы, но и моей работы в доме престарелых. Многих моих друзей, — старых людей, — уже нет. Ушел добрейший и милейший Иллегоспожа Шмидт тоже ушла туда, куда первой отправилась ее отчаянная дочка.

Госпожа Плот и господин Совик все еще вместе. Они стали совсем дряхлые. Габариты госпожи Плот значительно уменьшились, она как бы ссохлась и стала почти такой же маленькой, как и ее супруг. Даже неугомонный Алик пишет свои жалобы совсем ...

Читать далее
Автор: Марина (1815.8)
3719 0 23


Новое
Автор: Катя Поликарпова (1.0) Nov. 7, 2015, 16:41 Пришла))